СМИ о Движении

Организация Льва Пономарева «За права человека» получала средства из зарубежных источников, и после выхода нового закона она попала в список потенциальных «иностранных агентов», но регистрироваться в этом качестве отказалась. Такое «противозаконное» поведение не помешало движению Пономарева получить на свою деятельность гранты от российского президента.

В 2013 году один из проектов организации Льва Пономарева получил президентский грант. На второй проект, направленный на помощь в трудоустройстве бывших заключенных, денег государство не выделило. Эту заявку правозащитник намерен подать повторно на новый конкурс, в котором деньги распределяет грантооператор «Гражданское достоинство» под руководством Эллы Памфиловой. Ее профессионализму Пономарев доверяет, и планирует продолжать работу на гранты, полученные от президента России.

Подробнее об этом Лев Пономарев рассказал в своем интервью.

- Какие проекты вы представили на конкурсе президентских грантов?

- Третий год движение «За права человека» подает заявку на проект, который называется «Гражданский омбудсмен». Я запрашивал на него в этом году 8 миллионов рублей, мне дали 5. Когда запрашивал сумму, я рассчитывал на определенное количество регионов. Теперь я уменьшу количество регионов, которые я могу в этом проекте рассматривать. Вторая заявка – от «Фонда защиты прав заключенных» - не была удовлетворена. Я запрашивал средства на проект по защите прав заключенных. В этом году мы хотели его продолжить, но грант мы не получили.

Вообще, я представляю три организации: общероссийское движение «За права человека», московскую многопрофильную приемную «Горячая линия» и «Фонд защиты прав заключенных». От имени общероссийской организации получаю грант на проект под названием «Гражданский омбудсмен» уже третий год. В нашу деятельность включаются все новые и новые организации в разных регионах. Значительная часть денег идет на зарплаты правозащитников в регионах.

- С каким проектом вы будете участвовать в новом конкурсе грантов?

- На полученный ранее бюджетный грант мне удалось создать систему эффективного трудоустройства заключенных. Пока мы, в основном, трудоустраиваем Москву. Нашлись предприятия, которые готовы взять заключенных, предоставляют специальности, по которым могут взять на работу. Потом мы добились того, что Федеральная служба исполнения наказаний издала приказ, по которому обязала вывешивать в тюрьмах анкеты «Фонда защиты прав заключенных». Действительно, они вывешиваются сейчас во всех колониях, и заключенные заполняют эти анкеты. Потом мы совмещаем их с заявками, которые дают предприятия. Таким образом, заочно трудоустраиваем заключенных. Каждый день к нам приезжают заключенные и, более того, мы следим за тем, как они трудоустраиваются. Сейчас мы заочно трудоустроили в Москве около двухсот человек и около 50 очно. Может быть, это немного, но это – начальная фаза. Эта программа идет успешно, и мы намерены ее распространять на всю страну. Поэтому я хотел бы подать заявку повторно, уже грантооператору «Гражданское достоинство» Эллы Памфиловой.

Когда люди подают заявку, они всегда рассчитывают на лучшее. Все зависит от того, каков будет конкурс, насколько будут интересными заявки. Всегда некая неопределенность существует.

- На что, в первую очередь, вы планируете потратить полученные от государства стредства?

- У меня большая очень правозащитная организация, «За права человека». В ней выделяются разные направления и становятся юридическими лицами. Все организации тесно сотрудничают друг с другом, иногда выполняют общие функции. Сотрудников у меня – около двадцати человек. Представьте себе, какие деньги нужны в течение года, чтобы платить зарплату. Причем, заработок у них меньше, чем в среднем по Москве примерно в полтора раза. Каждый грант, который я получаю, примерно делю пополам.

Как правило, половину грантов, которые мы получаем, тратим на зарплату в центральном офисе, вторую половину – на поддержку правозащитников в регионах России. «За права человека» является единственным в России правозащитным движением широкого профиля. Мы занимаемся всеми областями прав человека. Средства от гранта в этом году будут направлены, в основном, на поддержку новых региональных правозащитных организаций. Какая-то часть идет на коммунальные платежи, оргтехнику, оплату экспертов. Это обычная практика общественных организаций.

- Наличие иностранного финансирования вашей организации как-то сказалось на результатах конкурса президентских грантов?

- Когда был принят закон по «иностранным агентам», были сложности. Мы, конечно, считаем этот закон не соответствующим Конституции РФ. К счастью, этот документ в какой-то момент затормозил себя. Получаемых в России грантов не хватало для поддержки всех региональных офисов. Так сложилось исторически, что мы (да и вообще многие правозащитники) получают дополнительные деньги из иностранных источников.

На самом деле, сейчас организации, которые получают деньги из-за границы, не преследуют. Не так это жестко, как было в начале. Ситуация сейчас, я уверен, будет сдвигаться. Иностранные фонды тоже стали тормозить средства и меньше давать денег в Россию. Их тоже напугали. В этом случае будет естественным (это хорошо и правильно) то, что большую часть денег правозащитники станут получать в России. Может быть со временем это будет 100% финансирования. Я всегда говорил, что хочу получать деньги именно в России, а не за границей. Это всегда было моей публичной позицией.

Текст: Нина Давлетзянова

http://top.oprf.ru/interviews/12312.html
  • Печать